Мусумба, Участь Райана
Ауриганский Директорат
11 июня 3025 года -- Мы третий год платим тебе за охрану предприятий компании, а теперь ты говоришь, что не в состоянии их охранять. Я правильно тебя понимаю?! – достопочтенный Гордон Китунгва повысил голос, но наёмнику было на это плевать.
-- Типа того, – Майк Бругал развязно плюхнулся в кресло и щёлкнул зажигалкой, раскуривая сигару. – Расклад простой, босс: у меня средний лэнс, самый большой мех в котором весит полсотни тонн, и у него барахлит гироскоп. У них там в Шабе – точно есть два тяжёлых, это баронский «тэ-болт» и «мародёр», спаливший казарму пехотного батальона, потом штурмовой «зевс» и пара «шэдоу хоков»: в одном точно жена барона, кто в другом – понятия не имею, да и неважно, все эти ребята тяжелее меня кто на пять, кто на двадцать пять – тридцать тонн. И в резерве должен оставаться ещё «вархаммер» рыжего Джо, ихнего оружейного мастера – семьдесят тонн, две пипсы, которыми рыжий отлично владеет, до кучи ещё ракеты, лазеры и пулемёты. Итого, пять-шесть мехов, все тяжелее наших. Плюс восемь танков гарнизона тут, в Мусумбе – они подчиняются Герреро как командиру гарнизона, и экипажи набраны из его холопов, которые служат ему как барону. Достаточно, чтобы нас задавить.
-- То есть единственным выходом ты считаешь бегство. Опять. – Китунгва только что прилетел шаттлом из Шабы вместе с несколькими другими топ-менеджерами райанского подразделения «Асперо-Динтон Майнинг», и перспектива бежать куда-то ещё ему совершенно не нравилась.
-- Не бегство, а отступление. – Наёмник вдохнул и выдохнул клубящееся облачко густого сигарного дыма. – Уходим организованно, в соответствии с планом, всё представляющее ценность для обороны имущество берём с собой, полезных людей тоже. Даже для дюжины дармоедов место останется.
Китунгва медленно кивнул. Он, в принципе, соглашался с определением изрядной части топ-менеджеров как дармоедов: сам честно выслужился из горных инженеров за тридцать лет, а потому офисных мальчиков не любил. Хотя и понимал, что без них аппарат управления полутора десятками больших и малых предприятий компании на этой планете работать не будет.
-- Я распорядился вскрывать арсенал и оснащать машины ракетными установками, но тебе лучше продублировать – на всякий случай, – сказал Бругал, вновь вынув изо рта сигару. – Тебя точно послушают. Но долго мы не продержимся, говорю честно: барон нас и на любом аванпосте сомнёт. Разве что времени больше потратит на поиски. Так что покинуть планету для нас единственный выход: штурм мы не выдержим.
Директор АДМ-Р тяжело вздохнул. Родился-то он на Мехдуре, там и учился горному делу, но вся последующая карьера его прошла тут, на Участи Райана. Тут он ходил по пустыне, спускался в подземные полости, закладывал рудники; тут получал повышение за повышением, пока не достиг потолка – кресла председателя совета директоров планетарного филиала. Альберт Мвенье сосватал ему дочку в жёны: плевать на разницу в возрасте, да и на чувства, желания (Китунгва был закоренелым холостяком: кто б согласился терпеть его бесконечные экспедиции?) – доверить такой пост Мвенье могли только члену семьи. Пусть и вновь принятому. Без вариантов. А теперь, значит, всё: похерить три десятка лет собственного труда, расписаться в полном провале… и что? В доброту тестя Китунгва не верил, знал прекрасно, что этой слабости президент АДМ лишён. Справедливым, пожалуй, его можно было назвать, но от этого легче не станет: справедливость требовала наказать виновных в провале такого масштаба… по справедливости, и тут уже не отвертишься – придётся отвечать. Головой – чем же ещё-то?
-- Уходим на объект «сьерра – фокстрот – сьерра», – резко охрипшим голосом выдавил из себя Китунгва. – Я понимаю, что мы там не продержимся долго. Но мы можем уйти и дальше – под землю.
В лабиринт карстовых полостей, пронизывающих кору планеты. Начинавший простым горным инженером Китунгва когда-то исследовал его и до сих пор многое помнил. Бругал, отслужив на планете полгода, тоже в пещерах бывал и просчитывал – было дело – использование их в качестве укрытий и возможной базы партизанских операций. Лучше, конечно же, на рожон не лезть – отсидеться, но…